27 августа – День российского кино. И сегодня я хочу рассказать о документах, находящихся в моем ведении. Они были переданы петербуржцам Игорю Кузьмичу и Людмиле Ивановне Григорьевым театральным режиссером и актером Александром Авельевичем Мгебровым, а уже от Григорьевых попали ко мне. Это автобиография, дневники, письма, воспоминания, в том числе об Александре Блоке.

Григорьевы дружили с Мгебровым – этим талантливым человеком, сыгравшим много театральных ролей, Державина в кинофильме 1936 года “Юность поэта”, архиепископа Новгородского Пимена в “Иване Грозном”, снимавшемся в 1944 году. Мгебров, вне всякого сомнения, доверял Григорьевым и лелеял надежду на продолжение жизни рукописей после его ухода в иной мир.

Необходимо добавить, что от Григорьевых мне пришли два небольших томика А. А. Мгеброва “Жизнь в театре”, датированные 1929 и 1932 годом.

На обороте титульного листа первого тома автограф А. А. Мгеброва, адресованный Григорьеву: “Есть люди, которые любят огоньки, есть люди, которые рвутся к пламени. Мне думается, ваши мысли ближе к последним. Я с Вами, дорогой Игорь Кузьмич! А. Мгебров. 21/VIII-1962”.

Во втором томе Мгеброва есть глава “От “Незнакомки” до студии на Бородинской”, в которой автор рассказывает о встрече с Александром Блоком. В книге приводится текст, явно отличающийся от оригинала своими сокращениями. В моем распоряжении полный текст, преподнесенный четой Григорьевых.

Были получены изрядно пожелтевшие 17 листов. На первом рукой Григорьева обозначено: “Получил от Ал. Ав. Мгеброва в октябре 1962 года – попытаться опубликовать. 12.10.1962”.

Рукописи Александра Авельевича из-за почерка сложны в прочтении, но это не повод для сетования, а скорее побуждение, усиление желания знать их содержание.

Сегодня есть основания полагать, что воспоминания А. А. Мгеброва о съемках фильма “Иван Грозный” являются не только чрезвычайно интересными, но, по-видимому, обладают способностью открыть малоизвестную страницу отечественного кинематографа.

“Приехав на киностудию в столицу Казахстана Алма-Ату, – пишет Александр Авельевич, – я сгорал нетерпением встретиться с Эйзенштейном.

В момент моего приезда в бывшем дворце культуры, приспособленном теперь под киностудию, строилась внутренность Успенского собора Московского Кремля в его масштабе, в том виде, как он существовал при Грозном.

Эйзенштейн не заставил себя долго ждать. Как только ему сообщили обо мне, где-то на ходу, он буквально влетел в комнату, где я его поджидал. Он был среднего роста и казался довольно плотным, над большим, очень высоким лбом слегка вились белокурые волосы, все лицо его освещалось ясными, вдумчивыми глазами. Он был в легком пальтишке, несмотря на сильный холод, царивший в помещениях фабрики. С привлекательной теплой улыбкой пожал он мою руку крепким пожатием, в то же время пытливо и проникновенно вглядываясь в мое лицо. Этот пронизывающий вас насквозь взгляд не оскорблял и не был неприятен, напротив, я сразу почувствовал огромную пытливость большого художника, для которого, в каждый данный момент, прежде всего, важна поставленная им перед собой задача. Эйзенштейн тотчас же стал вводить меня в сущность моей роли.

…Сергей Михайлович не отходил от меня: мы несколько дней пробовали различные гримы, кроме того, он сам, лично, прикидывал и проверял каждую мелочь и деталь. Так заставлял он невольно, личным примером работать и всю свою съемочную группу. В этом, пожалуй, и есть основное качество его работы, помимо его огромнейшего таланта, что делает его таким большим мастером в своих работах, и это же, разумеется, должно быть неотъемлемым качеством каждого по-настоящему большого художника.

…Трудно даже поверить, что такую картину, как “Иван Грозный”, можно было поднять сейчас. И, однако она не только поднята, но едет на полном ходу, первую серию предполагается закончить скоро. Тут действительно нельзя не отметить героических усилий всего коллектива в целом. Шутка ли сказать, запечатлеть на экране всю эпоху Грозного…

…Какое количество костюмов, материалов, декораций! Какое количество усилий, людей и напряжения требует этот фильм!

…Я был свидетелем и участником двадцати с лишним подряд произведенных ночных съемок Успенского собора, начинавшихся с 6 часов вечера и часто заканчивающихся в 7–8 часов утра.

…Основной мотив всего фильма – это мощь народной силы, способность ею преодолевать подчас непреодолимое, силы подобной морям и океанам и самой стремящейся к морям-океанам”.

Здесь приведено всего несколько фрагментов воспоминаний, но каковы масштабность и впечатления от происходящего!

Александр Тетерин