тосненский район :



Никто не забыт, ничто не забыто. На Безымянной высоте

1943 год стал знаменательным в битве за Ленинград – 18 января была прорвана блокада города. Был освобожден Шлиссельбург. Дорога Победы через Неву связала Большую землю с осажденным Ленинградом. Но за эту узкую полоску земли шли постоянные бои местного значения, вплоть до двадцатых чисел января 1944-го.

 

Синявинские высоты вблизи Шлиссельбурга, на которых немецкие войска создали глубоко эшелонированный укрепрайон, были плацдармом подготовки для нового замыкания блокадного кольца. Понимая это, командование Ленинградским фронтом ставило задачу – захватить эти высоты. Наши войска стратегически были в крайне невыгодном положении – старые торфяные разработки, расположенные в низине, препятствовали прохождению танков, не было возможности устройства полноценных окопов, землянок и блиндажей. Безуспешные попытки атаковать в лоб немецкие опорные пункты оборачивались неудачами и большими потерями. Одним из таких опорников, за который шли безуспешные бои, была высота № 26, в боевых сводках обозначенная как высота Безымянная.

 

За взятие этой высоты, решение этой практически невыполнимой задачи, взялся 106-й отдельный механизированный инженерный батальон (омиб) под командованием майора Ивана Соломахина.

 

На фото Иван Соломахин. 

 

Саперы Соломахина

 

106-й отдельный механизированный инженерный батальон был достаточно слаженным боевым подразделением. Многие в батальоне прошли Советско-финскую войну, в 1941 году входили в оперативно-заградительный отряд, задача которого была в создании условий для отхода наших войск и противодействий наступлению противника – минирование дорог, взрывы мостов, когда на него вступала немецкая техника. Саперы батальона участвовали в боях на Ивановском и Невском пятачках, имели боевые ордена и медали. Сам командир – майор Соломахин – по-отечески всегда относился к солдатам и командирам, берег свой костяк. В случае ранения добивался, чтобы из госпиталя сапер возвращался обратно в свою часть. Комбата любили, он был прост в общении, но при этом обладал чрезвычайной требовательностью. Его авторитет был непререкаем. Майор Иван Соломахин не был кадровым военным, он имел строительное образование, что иногда помогало ему принимать решения, не всегда входящие в рамки воинских Уставов.

106-й омиб в августе 1943 года хотя и находился на левом берегу Невы, но про безуспешные штурмы и большие потери на Синявинских высотах в батальоне было известно. Также было понимание, что на такой безуспешный штурм, рано или поздно могут и привлечь и их. Среди офицеров батальона шло обсуждение способов захвата немецкого опорного пункта. Идея ночного штурма уже прочно витала в воздухе. Работа по ночам была привычна саперам батальона. В основном только по ночам они выходили на боевые задания, знали, как надо маскироваться, чтобы быть незамеченными. Командир поддержал замысел ночной атаки и донес его до командования Ленинградским фронтом.

 

Подготовка к штурму

 

В своих воспоминаниях Иван Иванович Соломахин рассказывал, как ему удалось убедить командование инженерных войск 67-й армии и Ленинградского фронта дать приказание Инженерному батальону овладеть высотой Безымянная, скрытно, ночной атакой. Командование изначально сомневалось, но майору Ивану Соломахину удалось убедить сначала начальника инженерных войск 67-й армии полковника Станислава Лисовского, а потом и командующего фронтом генерала армии Леонида Говорова, в реальности своих планов. Когда решение было окончательно принято, батальону дали шесть суток на подготовку.

 

Для отработки действий в бою батальона в районе Колтушей была найдена подходящая высота. На ней, по материалам аэрофотоснимков высоты Безымянная, два запасных саперных батальона вырыли окопы. Конкретные узлы и участки траншей были закреплены за отдельными бойцами. Каждый знал, какой участок немецкой обороны ему предстоит штурмовать. Пошли ночные тренировки. Сразу появилось много вопросов. Надо было учесть многие моменты – маскировку бойцов, сохранность оружия от грязи и песка, доставку на высоту 50-мм минометов и боеприпасов, инженерное заграждение на случай контратак противника, траншейный рукопашный бой, связь между ротами батальона и командованием 292-го артиллерийского полка и 128-й стрелковой дивизии, эвакуацию раненых и убитых.

 

Тренировки показывали, как нужно действовать в бою. При свете осветительных ракет отчетливо были заметны каски ползущих цепью саперов. По предложению красноармейца Тувалова на каски были наклеены трава и листва, каски прекратили блестеть. Винтовки были заменены на автоматическое оружие. Чтобы в них не забивались песок и грязь, из портяночной ткани были сшиты чехлы. Для рукопашного траншейного боя было предложено использовать малую саперную лопату. В ремонтной мастерской техника-лейтенанта Якова Шкловского лопаты со всех сторон были заточены. Как опознать ночью своих? Санинструктор Валентина Григорьева предложила повязать на шею белые бинты с бантом сзади.

 

На фото Яков Шкловский.

 

Была произведена разведка местности. Нейтральная полоса перед высотой была тщательно исследована разведкой батальона. Командир взвода управления старший сержант Сергей Ульянов обеспечил командование части точными данными о состоянии инженерных заграждений противника.

 

Саперы-разведчики младший сержант Михаил Гренадеров, ефрейтор Владимир Смоляк, младший сержант Александр Дивак и ефрейтор Валико Габрава разведали подступы, выявили проходы в минном поле до заграждения противника, добыли много ценных сведений о распорядке и поведении противника на его переднем крае.

 

Старший сержант Константин Санкович трое суток находился на нейтральной полосе, непрерывно вел наблюдение за противником.

 

Кроме всего, необходимо было настроить на бой, поднять моральный дух личного состава. В подразделениях батальона прошли партийные и комсомольские собрания. Парторгом батальона старшим лейтенантом Петром Никитиным перед боем в партию было принято 47 человек. Батальон усиливался дополнительными силами и вооружением. Непосредственно 106-му омиб были выделены четыре 45-мм орудия и шесть 50-мм миномета.

 

9 августа 1943 года 2-я рота 191-го батальона инженерного заграждения 2-й инженерной бригады, под командованием старшего лейтенанта Леонида Слесарчука была переведена из 268-й сд в 106-й омиб. Кроме этого, огневая поддержка батальона была обеспечена 292-м артиллерийским полком, 504-м минометным полком резерва главного командования Ленинградского фронта, минометными ротами 82-мм минометов 741-го, 533-го, 374-го стрелковых полков 128-й стрелковой дивизии.

 

Захват высоты

 

На исходный рубеж атаки 230 человек 106-го омиб вышли поздно вечером 11 августа. Предстояло ползком преодолеть 400 метров нейтральной полосы. Ровно в полночь на нейтральную полосу вышли 1-я и 2-я роты, за ними на дистанции 20 метров – 3-я рота. Движение цепей затрудняли запах тления разлагающихся трупов, не убранных с нейтральной полосы, и свет немецких осветительных ракет, медленно спускающихся на парашютах. Движение было возможно только в краткие минутные паузы между вспышками.

 

Штабная группа батальона во главе с начальником штаба капитаном Николаем Харенкиным ползла на левом фланге и к двум часам расположилась у подножья высоты в глубоких воронках. В штабной группе находился врач батальона, старший лейтенант медицинской службы Анатолий Шишов.

 

В это время, чтобы отвлечь внимание сторожевых постов противника, высоту бомбили ночные бомбардировщики – самолеты У-2 13-й воздушной армии. В нескольких метрах от немецких траншей саперы были обнаружены. Прятаться уже не было смысла, был дан сигнал к атаке.

 

Бой в траншеях

 

Первой ворвалась во вражескую траншею 2-я рота батальона под командованием старшего лейтенанта Николая Богаева. Немецкий гарнизон был застигнут врасплох. Многие солдаты противника даже не успели выскочить из землянок и блиндажей – туда полетели гранаты. В траншеях происходил по-настоящему жесткий рукопашный бой.

 

Красноармеец Александр Мартьянов уничтожил гранатами огневую точку противника, обеспечив тем самым продвижение всего подразделения.

 

Ефрейтор Тисецкий в траншее врага в рукопашной схватке лопатой убил двух немецких солдат, и когда группа немцев пыталась захватить раненого старшего лейтенанта Саакова, он вступил с ними в единоборство, еще уничтожил трех гитлеровцев, а раненого командира вынес в безопасное место, будучи сам серьезно ранен.

 

Хорошо действовали саперными лопатами красноармеец Сергей Голубков и ефрейтор Николай Маслехин. Они зарубили трех немцев.

 

Красноармеец Илья Топорков уничтожил гранатами четырех немцев. Неожиданно на него напали два немецких солдата и нанесли шесть ножевых ран. Топоркову удалось одного немца задушить, а второго уничтожили подоспевшие товарищи.

 

Красноармеец Павел Лощев, ворвавшись в траншею противника, уничтожил гранатой находящийся в ДЗОТе немецкий расчет, установил там свой ручной пулемет и из пулемета расстрелял 30 солдат противника, которые во весь рост шли на него в атаку. Действовал один, так как второй номер был убит.

 

3-я рота старшего лейтенанта Михаила Ивановского быстро прошла сквозь линию боя и развила успех батальона на правом фланге.

 

Небольшой плацдарм на высоте Безымянная, около 400 метров по фронту и в глубину до 350 метров, был взят за 12 минут. В 4.05 командир батальона майор Иван Соломахин доложил о взятии части высоты. Хотя задача, поставленная перед батальоном, полностью выполнена не была. На левом фланге 1-я рота успеха не имела, ей пришлось залечь перед траншеями противника.

 

Дрались отчаянно

 

Через час, придя в себя, немцы обрушили на высоту шквал артиллерийского и минометного огня. В контратаку пошла немецкая пехота. Контратаковали группами от взвода до батальона.

 

Саперы дрались отчаянно, даже будучи раненными, не уходили с поля боя.

 

Ефрейтор Николай Зубов, красноармейцы Иван Луканов, Василий Савельев и Валентин Соколов в течение 19 часов стойко удерживали захваченные у немцев траншеи. Участвовали в отражении 17 контратак противника, умело поражая его огнем из автоматов и гранатами. Даже когда иссякли боеприпасы, не отходили – готовились встретить врага в рукопашной схватке.

 

Красноармейцы Иван Иванов и Иван Муравейников, оставшись вдвоем в занятой траншее, удерживали ее в своих руках 16 часов, отражая непрерывные атаки противника. Иванов и Муравейников лично уничтожили более 20 гитлеровцев. В этом бою Иван Муравейников пал смертью храбрых.

 

Умело руководя действиями своих минеров, командир роты 191-го батальона инженерного заграждения старший лейтенант Слесарчук заминировал левый фланг траншей. Переходя в контратаку на этом участке, на минном поле подорвалось более двух десятков солдат и офицеров врага.

 

Старший техник лейтенант Николай Романов еще в период подготовки организовал доставку всех необходимых средств вооружения и боеприпасов на исходную линию. Под его руководством не участвующие в боевых действиях шоферы батальона доставляли боеприпасы на передовую. Сквозь заградительный огонь, через лощину шириной около 400 метров, сплошь покрытую разрывами тяжелых мин, боеприпасы доставляли ротам, дерущимся на высоте. При выполнении этого задания был тяжело ранен старшина роты, ефрейтор Александр Шмонин.

 

На обратном пути шла эвакуация раненых бойцов. Повар роты красноармеец Серафим Ботов эвакуировал с поля боя в укрытия пятерых раненых. Боеприпасы на высоту доставляли неравномерно, в отдаленных траншеях приходилось использовать трофейное оружие.

 

Старший сержант Василий Михайлов захватил немецкий пулемет, быстро обучил бойцов пользоваться немецким оружием, блокировал и истребил гарнизон землянок противника, уничтожив там до 20 гитлеровцев. После этого успешно вывел свой взвод во фланг к немцам, у которых были отрезаны пути отступления по траншеям. Враг в панике бежал по открытому полю. Бежавшие были истреблены огнем из автомата.

 

Командир отделения младший сержант Яков Иващенко, когда иссякли боеприпасы, смог быстро перевооружить отделение трофейным оружием. Отделение использовало в бою немецкие винтовки и гранаты. Было отражено восемь контратак противника.

 

1-я рота, оставаясь перед траншеями противника на левом фланге, несколько раз отражала немецкие контратаки, направленные на заход с тыла к основным силам батальона. Командир 1 роты старший лейтенант Николай Федотов, несмотря на полученное тяжелое ранение – оторванную осколком снаряда кисть руки и ранение в живот – не покинул поле боя, организовал отражение контратак. Через два дня Николай Федотов умер в госпитале.

 

Почти целый день высота Безымянная и ее ближайшие окрестности подвергались массированным ударам минометов и артиллерии с обеих сторон.

 

Артиллерия 128-й стрелковой дивизии, участвовавшая в огневой поддержке наступающих частей, израсходовала 25526 мин и снарядов разного калибра. Противником было выпущено по нашим позициям до 18000 мин и снарядов.

 

Потери батальона

 

При преодолении нейтральной полосы и за первые минуты боя батальон потерял 16 человек убитыми и 26 ранеными. Среди убитых был врач батальона, старший лейтенант медицинской службы Анатолий Шишов.

 

По нарастанию боя и артиллерийско-минометного огня противника появились потери убитыми и ранеными. Непосредственно на поле боя первую медицинскую помощь оказывали санинструктор Валентина Григорьева и санитар Нина Ласкина. Помощь раненым шла в передовых траншеях. Работали самоотверженно. Отважные девушки выходили на открытые склоны и выносили раненых в укрытия из-под заградительного огня противника.

 

На фото Валентина Григорьева и Нина Ласкина.

 

Красноармеец Анна Дементьева находясь на поле боя, под жесточайшим огнем противника оказала первую помощь и эвакуировала с поля боя до 20 бойцов и офицеров. Зная о раненых на высоте, в трудных условиях, по открытой, простреливаемой противником местности, пробиралась туда, оказывала помощь. Красноармеец Павел Попереков вынес с поля боя с оружием 23 бойца и сделал им перевязки.

 

Валентина Григорьева и Павел Попереков получили ранения. При оказании помощи раненому погибла санинструктор Нина Лосева.

 

По данным Центрального Архива МО РФ в этом бою из состава 106-го омиб погибли 58 человек.

 

Помощь опоздала

 

Чтобы развить успех, стрелковые подразделения 128-й стрелковой дивизии должны были сразу занять отвоеванные инженерным батальоном позиции и продолжить наступление на весь участок высоты Безымянная. Но этого не произошло.

 

Упущенное время пагубно сказалось на успехе всей операции. Опомнившись, противник артиллерийско-минометным отсеченным огнем не давал полноценной возможности переброски подкреплений. Еще на подходе к высоте стрелковые подразделения несли потери.

 

В 14.00 прибыл батальон 741-го стрелкового полка, в котором было 83 человека, имеющих 6 станковых и 7 ручных пулемета, 34 автоматов. С ними был взвод противотанковых ружей из 7 человек. В 16.00 на опорный пункт подошел 3-й стрелковый батальон 374-го стрелкового полка численностью 87 человек с 8 ручными и 2 станковыми пулеметами и 34 автоматчиками. К этому времени у 106-м омиб в строю осталось 26 человек, почти все были ранены.

 

Прибывшая с опозданием помощь не смогла не только развить успех, но и удержать завоеванные позиции.

 

В докладе командующему артиллерией 43-го стрелкового корпуса, подготовленном командующим артиллерии 128 сд, говорится:

 

“Подразделения 741-го сп не смогли выполнить задачи по расширению захваченного плацдарма, понеся потери, не могли удержать захваченного рубежа. Слабо подготовленный рядовой состав 741-го сп под сильным воздействием артиллерийско-минометного огня противника должного упорства в рукопашном и гранатном бою в траншеях не проявил. Для удержания бойцов на месте требовалось сильное моральное воздействие командного состава с применением оружия к паникерам. С выходом из строя командного состава пехота в беспорядке отошла на передней край основной обороны”.

 

К 1.00 13-го августа 1943 года противнику удалось по траншеям выбить нашу пехоту с занимаемого участка и снова овладеть высотой Безымянная.

 

Подвиг саперов инженерного батальона был высоко оценен командованием. Учитывались не только конкретные подвиги, но и общий настрой на победу, взаимовыручка и сплоченность в бою. Орденами Красного Знамени были награждены 16 человек, орденами Отечественной войны I степени – 4 человека, Отечественной войны II степени – 8 человек, Красной Звезды – 24 человека, медалями “За отвагу” – 29 человек, “За боевые заслуги” – 3 человека. Командир 106-го омиб майор Иван Соломахин награжден полководческим орденом Суворова III степени.

 

Олег Зимин,

 

военный историк

 



Все права принадлежат
АНО "Редакция газеты "Тосненский вестник".
Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности
2023

© Все права принадлежат АНО "Редакция газеты "Тосненский вестник". Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.