Художественный руководитель и главный дирижёр Государственного симфонического оркестра Ленинградской области, народный артист Кабардино-Балкарии Михаил Голиков – о новаторских формах работы со зрителем и перспективах для юных талантов.


– Михаил Сергеевич, на улицах, в общественном транспорте всё чаще встречаешь людей с наушниками. Получается, современный человек привык жить на фоне музыки. Как думаете, а часто ли в наушниках звучит классика?

– Трудно сказать. Я ратую за то, чтобы обыватели почувствовали, полюбили симфоническую музыку и наполняли ею свои плейлисты. На это во многом заточена просветительская работа оркестра. Симфоническая музыка – это не только симфонии, зачастую сложные для восприятия массового слушателя, но и популярные жанры, отрывки из балетов, опер, которые вполне подходят под разное настроение. Это и симфонические аранжировки эстрадных, джазовых, роковых композиций. Киномузыка, к которой мы обращаемся давно и много. Мне думается, саундтреки в симфонической подаче чаще других могут звучать через гаджеты.

Идёт время, и люди по-прежнему слушают мелодии Генри Манчини, Джона Уильямса, Эннио Морриконе, музыку из «Пиратов Карибского моря», «Гарри Поттера». А наше кино! Андрей Петров, Микаэл Таривердиев, Исаак Дунаевский, Исаак Шварц, творчество которого стало частью истории Ленинградской области. Безусловно, есть и фанаты академической музыки. Однажды в цветочном магазинчике я услышал, как из телефона продавца доносится ария «Casta diva» из оперы «Норма» Беллини в исполнении Марии Каллас.

Мы добавляем в программы отдельные арии, дабы слушатель почувствовал энергию, свежесть и захотел прийти в театр. Мой многолетний опыт работы с молодёжью, в частности проект Digital Orchestra, показывает, что академическая музыка способна захватить эту аудиторию.

– Расскажите о наиболее успешных проектах оркестра, знакомящих жителей региона с классическими произведениями.

– Пять лет фестивалю «Дым над водой». Может показаться, что через рок-хиты мы завлекаем людей на классику. Нет! Мы соединяем разные стили, технические достижения, шоу, гармонию природы. Тысячи людей, имеющих отдалённое представление о симфоническом оркестре, уходят с концертов с ощущением: оркестр – это здорово, это круто. Нынешним летом мы наметили провести не один фестивальный концерт, а сразу три в разных районах.

Ежегодно в гатчинском парке к дню рождения Александра Сергеевича Пушкина ставим оперу, и каждое лето интерес растёт. Четыре года назад, когда я предложил «Евгения Онегина», было много критических замечаний – никто не придёт, народу ближе песни-пляски. В прошлом июне ленинградцы два с лишним часа под дождём слушали оперу «Золотой петушок». Скептики проекта умолкли.

Также назову наш хоровой фестиваль. На него съезжаются коллективы со всего региона, и они становятся глашатаями просветительской миссии.

– Вы явно делаете ставку на опен-эйры. Почему?

– Концерты на открытых площадках вызывают абсолютный отклик у слушателей. Во-первых, не всякий пойдёт в филармонию в силу отсутствия привычки. Во-вторых, мы стремимся охватить весь регион, но не так много у нас залов, способных принять оркестр. Зато масса мест с потрясающими архитектурными ансамблями. Помнится, давали концерт у входа в усадьбу Роткирхов под Кингисеппом. Ею владели Ганнибалы, и Пушкин там бывал. Выступление вызвало огромный интерес. На мой взгляд, это правильный способ привлечения внимания к историческим памятникам, в том числе требующим реставрации.

– Это стремление к новациям и эксперименту продиктовано свойствами вашего характера?

– С одной стороны, да. С другой, подталкивает время, которое меняется стремительно. Мы обязаны прокладывать новые дорожки. Меня вдохновляет опыт предшественников – дирижёров и композиторов. Вспомните 20-30-е годы прошлого века, период индустриализации в музыке, когда за два десятилетия сменилось огромное количество стилей, массово совершались эксперименты. Тогда Александр Мосолов написал новаторскую оперу «Плотина» о Волховской ГЭС – первой гидроэлектростанции молодой России. Очень хочу поставить её в Волхове.

Я руковожу самым молодым симфоническим оркестром в России. Возраст артистов предопределяет мои новаторские идеи. Работать с молодыми исполнителями непросто. Они максималисты. Зато трудятся с огромным энтузиазмом. Я уверен, что мои музыканты не просто откликнутся на эксперимент, но поверят, вложатся с полной отдачей, и он пройдёт на максимальном подъёме.

– В Ленобласти наверняка немало детей, которые мечтают попасть в ваш коллектив. Как юным талантам из провинции стать профессиональными музыкантами?

– Воспитание молодой смены – большая проблема. В районах хватает музыкальных школ, школ искусств, а результат оставляет желать лучшего. Почему? Ребятам сложно продолжить обучение. Ленинградский областной колледж культуры и искусства принимает только народников и пианистов. Можно пойти в аналогичные учреждения Санкт-Петербурга, но там огромная конкуренция со стороны городских абитуриентов. Даже если ребенок превосходит их талантом, шансы – минимальны. Питерские педагоги активно двигают своих учеников. Знаю примеры, когда родители ради перспектив детей вынужденно переезжали в Санкт-Петербург.

Нам крайне необходимо расширить исполнительский факультет областного колледжа. Нет в Ленобласти и профильного высшего учебного заведения. Такое образование мог бы давать Ленинградский государственный университет имени Пушкина, но там отсутствует факультет искусств. Я обсуждал эту ситуацию с губернатором Александром Дрозденко, он меня поддерживает.

У меня есть специальные проекты по поддержке юных музыкантов: концерты и мастер-классы в районах. Вижу необходимость в региональном фестивале-конкурсе исполнительского мастерства, таком же, какой проводит оркестр народных инструментов «Метелица».

– Какие доводы вы найдёте для родителей, раздумывающих – обучать ли детей музыке?

– Ребёнка обязательно нужно отдать в музыкальную школу! Пусть он потом выберет другую профессию. Но планомерное погружение в мир музыки улучшит многие его способности, гармонизирует внутренний мир, поможет высвободить творческую энергию. У него будут прекрасно работать оба полушария головного мозга, будет великолепная координация знаний и чувств. Обучение музыке дисциплинирует.

Многое зависит от вклада взрослых членов семьи. Мамам и папам фактически приходится становиться вторыми педагогами, чтобы помогать с домашними заданиями. Слова: «Иди позанимайся» отбивают у детей желание. Нужно пройти этот путь вместе, поддержать, превратить урок в игру.

– Со звучанием какого инструмента у вас ассоциируется Ленинградская область?

– Наш регион звучит оркестром. Его форма на карте, похожая на бабочку, напоминает мне расположение разных групп симфонического коллектива. Территория большая, районы отличаются духом и звучат по-разному. Например, Волосовский район для меня – кларнет или флейта, Тихвинский – труба, тромбон.

Музыкальный потенциал есть у каждого уголка Ленобласти. Он опирается на традиции, этнические корни, природную красоту. Не везде пока ещё раскрыт. Надеюсь, моих сил и энергии хватит это сделать.

Людмила Кондрашова

Симфонический оркестр Ленинградской области в цифрах

107 человек штатный состав

85 музыкантов могут одновременно находиться на сцене

Более 50 видов музыкальных инструментов задействуется в выступлениях

25 лет средний возраст музыкантов

Более 100 концертов даётся в год

21 репетиционный день в месяц у каждого артиста

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.