Как во времена оккупации выживали и верили в Победу простые жители Ленинградской области

Прорыв блокады Ленинграда – историческая победа бойцов Красной армии. Но в эту памятную дату мы не должны забывать и о судьбах мирного населения Ленинградской области. В годы оккупации люди столкнулись с настоящим злодейством со стороны немецких захватчиков и их союзников. Подробности мы узнали у Бориса Ковалёва – доктора исторических наук, ведущего научного сотрудника Института истории обороны и блокады Ленинграда.

– Наиболее тяжёлым испытанием для жителей блокадного Ленинграда оказался голод. А с чем сталкивались жители прифронтовых и оккупированных территорий Ленинградской области?

– Самым страшным испытанием для населения стал затяжной характер оккупации – она продлилась с 1941 по 1944 год. Нигде больше немцы не задерживались так долго. С самого начала народ столкнулся с массовым ограблением и репрессиями. Велось тотальное уничтожение евреев, коммунистов, просто активных жителей, которые выражали недовольство политикой захватчиков. Под конец оккупации фашисты перешли к массовой депортации советских граждан, людей просто низводили до уровня рабов.

Тяжелее всего было жить в прифронтовой зоне. Чем выше концентрация вражеских войск, тем меньше они «рассусоливали» с местным населением. По сути, такая территория превращалась в гигантский трудовой лагерь, где за самую тяжёлую работу люди получали минимальное пропитание. Чуть легче было в удалённых деревнях, там хотя бы был шанс припрятать продукты, получить помощь от партизан.

– Какое значение для населения области имел прорыв блокады?

– Великое символическое значение. Всё-таки победы в Сталинградской битве, под Москвой – в восприятии простых жителей это происходило где-то очень далеко. А здесь фашистов стали гнать и побеждать прямо на твоих глазах. Жители сёл и деревень стали активнее вступать в партизанские отряды, оказывать сопротивление оккупационным властям.

С другой стороны, прорыв блокады обозлил немцев. Они поняли, что надолго здесь не задержатся. Поэтому перешли к более ожесточённым карательным операциям. Брали в заложники целые деревни и могли уничтожить их полностью. Репрессии усилились.

– Как строилась повседневная жизнь ленинградцев в те годы?

– Конечно, как и в самом Ленинграде, имел место голод. Можно вспомнить судьбу великого советского фантаста Александра Беляева, автора «Человека-амфибии». Он умер зимой 1941-го в Пушкине от голода. Огромное количество соотечественников из пригородов Ленинграда разделило его судьбу. У людей просто изымали продукты.

И не только продукты. Если вы посмотрите на фото тех лет, то увидите, что мирные жители почти всегда одеты в страшные лохмотья. Даже если у человека оставалось что-то приличное, он бы никогда не вышел в нём на улицу – слишком высоки были риски ограбления. Особенно «отличились» испанские союзники Гитлера. Вроде бы религиозный народ, католики, но именно они традиционно грабили людей на пути в церковь – знали, что туда прихожане наденут всё лучшее.

Девушки, в свою очередь, мазали лица углём, горбились, надевали лохмотья, чтобы случайно не привлечь внимание тех же немцев и испанцев.

– Пытались ли фашисты завладеть умами населения? Как велась пропаганда?

– На пропаганду выделяли значительные средства, издавались газеты и листовки высочайшего качества, с красочными иллюстрациями. Однако всё это плохо работало. Когда в газете ты читаешь, как будет хорошо жить при Гитлере, а потом видишь расстрелы и грабительство, скотское поведение немцев и союзников… то просто не веришь написанному.

Вскоре на такую пропаганду научились отвечать журналисты из Ленинградского штаба партизанского движения. Они быстро поняли, что надо действовать просто и хлёстко. Под руководством Михаила Абрамова, будущего собкора газеты «Правда», издавали листовки, где в том числе высмеивали гитлеровцев.

– То есть сила печатного слова помогала?

– Да, есть воспоминания Героя Советского Союза, партизана Ивана Сергунина. Когда деревенская девушка, которая провела его отряд через болота, в качестве награды за помощь попросила… томик Сергея Есенина. Это многое говорит о ценностях нашего народа даже в такие тяжёлые времена.

– Как бы вы оценили ущерб, нанесённый мирному населению Ленинградской области?

– Ущерб был настолько велик, что многие разрушенные в те годы деревни до сих пор не смогли возродиться. После оккупации люди ещё долгое время жили в землянках, в любых мыслимых и немыслимых условиях. Например, моя мама, когда вернулась из эвакуации в Солецкий район, тогда это была Ленобласть, долгое время жила в разрушенном авиационной бомбой доме. Ей ещё повезло – бомба не разорвалась, и фашисты побоялись сжигать дом при отступлении.

Показательны и судебные процессы, которые прошли осенью прошлого года в Петербурге и Ленинградской области. Преступления против мирного населения были оценены как геноцид. Были озвучены уточнённые цифры человеческих потерь, назван ущерб культурному и материальному наследию народа. Это важная оценка для той трагедии, с которой столкнулись ленинградцы во время самой затяжной оккупации в истории Великой Отечественной войны.

Беседовал Стас Бутенко

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.