– говорит актер и вокалист Гоча Гогуа

Наверное, он родился на другой планете, а может быть, его придумал писатель-фантаст. А может быть, его нарисовал художник-мультипликатор. Так или иначе, но родители дали ему имя Георгий. Правда, он сам называет себя только Гочей.

Однажды к Гоче на репетицию приехали ребята из Питера, а вот адрес, по которому должна была состояться репетиция, найти не могли. Тогда они стали спрашивать у прохожих, как пройти. Кто-то из жителей Тосно поинтересовался: «Да кого вы ищете-то?». «Мы ищем человека, его Гоча зовут», – ответили музыканты. «А, Гоча, так бы сразу и сказали. Сейчас объясним, как его найти».

Дон Кихот нашего времени, Черный плащ, спешащий на крыльях ночи, или просто человек, который пытается спасти тонущий «Титаник». И это все о нем. Да и кто в Тосненском районе не знает Гочу? Разве только небольшая группа людей. Конечно, в большей степени Гочу знают в творческой среде Тосненского района. Знают как человека, у которого всегда есть море интереснейших идей, и он с радостью готов ими поделиться. Знают его как человека, у которого всегда найдется свежий анекдот на любую тему. Друзья называют Гочу человеком-праздником, все знают: появился Гоча – празднику быть. Делать праздник – это его работа. Но работа получается тогда, когда все идет от сердца. А сердце у него большое – туда помещается весь мир, все друзья, приятели, знакомые и незнакомые.

Да, вот такой Гоча. Но есть и другая сторона медали: с одной стороны, он – человек-праздник, а с другой – человек-катастрофа. Близкие знают, что и развеселить может, и попасть в самую нелепую ситуацию. И если Гоча скажет, что сегодняшний день прошел спокойно, сегодня ничего не случилось, то близкие друзья удивятся. Для них это будет странно. А вот если он с радостью рассказывает, что сегодня был шикарный праздник, было очень весело, всем понравилось, тогда и такие слова можно от него услышать: «Человек меня уже на третью свою свадьбу приглашает, я ему обещал бонус – сказал, что четвертую сделаю бесплатно».

Если продолжать рассказывать про все мероприятия, которые проводит Гоча, концерты, на которых выступает как певец, музыкант, а в настоящее время еще и занимается съемками в музыкальных клипах, в кино снимается, в какие ситуации порой попадает, то получится не просто рассказ, а книга. И не просто книга, а многотомник о Гоче и жителях города Тосно, Тосненского района и других городов России.

Зная об этом, мы решили задать несколько вопросов самому Гоче. Харизматичный актер, талантливый вокалист, любящий муж и отец дал интервью «Тосненскому вестнику», в котором рассказал о своем детстве, юности, творческом пути, мечтах, планах и жизненных ценностях. Кстати говоря, на вопросы он отвечал достаточно скромно.

Как начался для вас этот год?

– Год начинается для меня с середины января, с моего дня рождения, до этого дня я в работе и начала года не замечаю. Обычно свой день рождения я провожу в кругу семьи, если, конечно, вдруг не случаются какие-нибудь события, требующие моего срочного присутствия. Тогда я все бросаю и спешу туда, где меня ждут. Но ужин за столом в кругу семьи – это святое. Близкие тоже меня ждут и знают, что рано или, скорее, поздно я все равно буду с ними.

– Как вы оказались в Тосно? Вы коренной житель города?

– Вообще я родился в Ленинграде, в этом городе мои родители познакомились, жили и работали. Мама была заведующей сберкассой, говоря современном языком, заведовала отделением Сбербанка. Отец закончил институт холодильной промышленности и работал по специальности. Хотя мы и жили в Ленинграде, но мама была коренной жительницей Тосно. Родилась и выросла здесь.    Затем в связи с семейными обстоятельствами пришлось переехать к бабушке в Тосно. Так что в школу я пошел уже здесь. Меня определили в железнодорожную. Затем, когда построили новую школу, сейчас это гимназия № 2, меня и многих других ребят перевели туда. Там я и доучивался. Учителя меня не очень любили, не могли дождаться, когда же Гоча Гогуа закончит грызть гранит науки. В общеобразовательной школе звезд с неба, конечно, не хватал, но и сказать, что плохо учился, не могу. Мне всегда было интересно узнавать новое. В аттестате троек нет. Но вот поведение, осознаю, по тем временам было просто безобразным. Учителя с первого урока запоминали меня надолго.

– Откуда у вас такая интересная фамилия, да и имя тоже?

– Фамилия мне досталась, конечно же, от отца. Мой отец – грузин, фамилия грузинская, точнее мингрельская, мама – русская. Сейчас мамы нет в живых, а папа живет в Санкт-Петербурге.

– Как начиналась ваша музыкальная деятельность?

– Воспитывали меня в основном бабушка (кстати говоря, она тоже коренной житель Тосно) и тетя Нина. Тетя Нина – это мамина родная сестра. Своих детей у нее не было, и она тепло своей души отдавала мне: защищала меня всегда, оправдывала за мои проказы перед бабушкой и мамой, хотя я ей грубил и не слушался. А вот с бабушкой, пусть она меня и наказывала, мы хорошо ладили. И, можно сказать, что это бабушка привила мне любовь к музыке, которая определила на всю мою дальнейшую жизнь.

Первые уроки музыки я получил в четыре года. Вместо детского садика бабушка меня водила в церковь, так как сама работала там бухгалтером. А оставить меня, понятное дело, было не с кем. Тогда я ни читать, ни писать не умел. Но уже пел со взрослыми на клиросе. Вот это, собственно, и были мои первые познания в музыке.

В школьные годы я продолжил обучение в музыкальной школе. Там меня заметила Нина Исаевна Сенчурова. И хотя изначально я пришел познавать азы игры на скрипке, вскоре запел. Это время всегда вспоминаю с теплотой. Меня окружали талантливые педагоги, чуткие преподаватели, да и просто хорошие люди. В те годы музыкальное искусство мы учили по итальянской методике. Так, чтобы детям было проще запомнить, каждой нотке давалось свое имя: например, «Нино», а не непонятная и скучная для ребенка «си-бемоль».

Учась в Тосненской музыкальной школе, я стал солистом детского хора. Мы много ездили на гастроли, выступали на разных фестивалях. Тосно гордилось маленьким Гочей. Забавно это вспоминать, но из-за того, что я пел очень высоким голосом, учителя меня называли тосненским Робертино Лоретти. Прочили большое будущее. С гастролями я ездил в Польшу, Болгарию, ближнее зарубежье. А потом случилась беда.

Мне было где-то 10­–11 лет, и внезапно мой голос начал ломаться. Это стало неожиданностью не только для всех вокруг, но и для меня. В тот момент хоровое пение оказалось для меня недоступным. И я ушел на фортепьяно. Тогда казалось, что с пением я простился навсегда. Однако моя творческая деятельность на этом не закончилась.

– Вы продолжили искать себя?

– Да, конечно. В начале 80-х годов в Тосненском доме пионеров и школьников молодой выпускник областного колледжа культуры и просвещения организовал эстрадный класс. Его звали Игорь Николаевич Сидоров. Я стал заниматься в этом классе, играл на электронных клавишных инструментах. Там были ребята с музыкальным образованием и без. Да и в целом кто-то оставался, кто-то уходил. Опыт, который я получил в эти годы, помог мне организовать свой ансамбль.

Поворотным моментом в моей творческой жизни стали танцы в Доме культуры совхоза Ушаки. Это было еще до армии. Меня туда пригласили вокалистом при форс-мажорных обстоятельствах: основной солист группы заболел и петь не мог. А у меня получилось. Также еще до армии я подрабатывал в Ленконцерте. Там я познакомился с главным Д’Артаньяном нашей страны Михаилом Боярским. Появлялись интересные идеи, интересные связи, возможность зарабатывать личные деньги. Но нужно было исполнять свой долг перед Родиной. Мне уже было 18 лет. По причине отказа медицинской комиссии меня не брали в армию. У меня в 16-летнем возрасте был поврежден позвоночник – упал с мотоцикла, лежал в больнице. Бабушка тогда так рассердилась, что решила утопить мотоцикл в реке Тосне, и сделала это. Правда, я потом все равно собрал другой мотоцикл. Но в армию-то я все равно пошел. Очень хотел. Уговорил комиссию, ведь раньше считалось, что, если в армии не служил, значит – дурак.

Вот я и ушел в армию. Там тоже пел и играл в ансамбле на клавишах. В армии произошло событие, которое в корне изменило всю мою жизнь. К сожалению, не в лучшую сторону. Во время службы я получил проникающее ранение в правый глаз. Очнувшись после операции в военном госпитале, с повязкой на глазах, думал, что ослеп вообще. Не хотел жить. Но все-таки мне повезло, что в то время у нас в госпитале находился военный врач, профессор, по-моему, если мне не изменяет память, из Новосибирска. Он-то и делал мне первую операцию. Потом врачи говорили, что в таких случаях глаз удаляют, а вам хоть зрение не вернули, но глаз собрали. Вернулся домой уже инвалидом. Было еще несколько лазерных операций. Мне предлагали косметическую операцию, но я все надеялся, что медицина шагнет вперед и мне вернут зрение. Конечно, теперь понимаю, что с моей стороны все это было недальновидно, так как мое увечье повлекло за собой серьезные проблемы в моей творческой жизни. Но в это время комсомол меня направил работать с молодежью в наше учебное заведение, которое называлось ПТУ-17, где я стал секретарем комсомольской организации. В первую очередь, конечно, мы начали репетиции вновь созданной музыкальной группы.

В это же время я поступал в институт. Четыре года подряд я пытался поступить в театральную академию на Моховой на факультет рок-оперы. Проваливал экзамены, но не сдавался и шел поступать снова, пока мне окончательно не сказали: «Ты талантливый парень. Но пойми, с твоей проблемой тебе выступать на сцене не позволят». Я не отчаивался и не чувствовал себя неполноценным человеком. Я был счастливым, у меня была и есть семья, сын. Я принялся думать, как же осуществить свою мечту. И понял, что надо стать артистом, которого не видят. Так я стал студентом театра кукол. Но не закончил. Наверное, понял, что это не совсем то, что мне нужно.

– Как дальше складывалась ваша творческая карьера?

– Я шел рука об руку с творчеством всю жизнь. Организовал очередной ансамбль, где опять был вокалистом и клавишником. После его распада, в начале 90-х, я и еще несколько творческих людей создали в Санкт-Петербурге русский народный коллектив «Морозко», мне пришлось овладеть инструментом, который называется контрабас-балалайка. Вообще, у меня всегда получалось овладевать разными инструментами. Тогда я впервые столкнулся с направлением, которое называется «русская народная музыка». Пять лет мы работали для иностранцев в Петропавловской крепости.

– В каких творческих коллективах вы работали в Тосно?

– Когда в Тосно узнали, что я занимаюсь русской народной музыкой, меня пригласили в «Камею». Десять лет я проработал там в качестве артиста-вокалиста. Я предложил включить в русские народные песни фанк, джаз и другие самые разные стилистики. Мы, если можно сказать, эстрадировали русскую народную песню. Это была интересная, творческая работа. Через какое-то время из-за напряженного концертного графика я сорвал связки. Тяжело было даже разговаривать. Долго лечился, нужно было молчать, то есть нельзя было петь. Врачи мне сказали, что, возможно, проблема со связками останется навсегда. Поэтому я стал искать другую работу. Работал арт-директором многих ночных клубов Санкт-Петербурга. Со временем начал управлять артистами, организовывать и проводить корпоративные праздники в Пскове, Новгороде, Сестрорецке, Выборге, Санкт-Петербурге, выступали мы в Москве и других городах России. В Тосно проектов удалось реализовать немного. Опять начал петь. Голос вернулся. Даже произошли изменения в лучшую сторону

– Вы снимаетесь в кино – это правда? Какие роли? Над чем работаете сейчас?

– Да, я действительно снимаюсь в кино. Ирония заключается в том, что нужно было поступить в театральную академию, там проучиться, прожить всю жизнь, чтобы в пятьдесят лет начать сниматься в кино. В молодости для отечественного кинематографа я был не в формате. А сейчас меня приглашают, и последнее время часто. Я снимаюсь в разных эпизодических ролях, больших и не очень.

Я сыграл в фильме «Крылья империи». Также мне посчастливилось сняться вместе с Сергеем Безруковым в фильме Игоря Угольникова «Учености плоды». Я играю там роль старого цыгана. Моего героя и его табор постигла печальная участь. Но об этом пока умолчим. Скоро все можно будет увидеть на экране. В фильме «Инспектор Купер» я, кстати, тоже сыграл цыгана. Среди других проектов с моим участием – сериалы «Стражи Отчизны», «Тайны следствия». Не поверите, я даже играл как-то графа Дракулу.

Удивительно складывается жизнь. В 25 лет я хотел быть актером и посвятить себя театру и кино. А получилось только теперь, когда и в планы-то это не входило. Но и вокал я не бросаю, в кино тоже приглашают не только сниматься, но и озвучивать, исполнять песни. Сейчас у меня есть ученики, я их учу петь. Кроме того, участвую в цыганском ансамбле «Ан де Форо»: пою и играю на гитаре. Многие, наверное, даже думают, что я цыган, но это не так. Но пародийные ситуации, связанные с этим, существуют, но я уже не буду о них рассказывать.

– Какие у вас творческие планы на ближайшее будущее?

– Я бы хотел воспитать смену, готов поделиться с молодыми талантами своими знаниями, умениями, то есть передать свой опыт. И по возможности оградить их от творческих неудач. В ближайших планах – организовать коллектив и заниматься продюсированием молодых талантов. Все это в Тосно. Хочу делать фестивали, конкурсы. В общем-то я и так уже своих учеников на разных мероприятиях представляю. Еще я много помогаю церкви. Так сложилось, что храм иконы Божией Матери Всех скорбящих радость, с которым судьба связала меня еще в детстве, снова появился в моей жизни. И я ему помогаю всем, чем могу.

– В январе вы отметили свой очередной день рождения. Что для вас означает возраст?

– Возраст – это календарная отметка, которая мотивирует тебя двигаться вперед. Или в моем случае – продвигать других.

– Что для вас самое главное в жизни?

– Хотелось бы, чтобы спокойствие и благополучие, определенная стабильность окружала меня и моих близких, моих родственников, но, наверное, это не моя стихия. Хочу, чтобы мои любимые, близкие были всегда счастливы. Хочу видеть всех людей счастливыми, веселыми, хочу продолжать нести праздник людям. Хочу, чтобы люди в любых ситуациях оставались людьми, и если возникают какие-то проблемы, не опускали руки, а думали и находили решения. Себя считаю счастливым человеком. Правда, знаю за собой грех: я очень вспыльчив, но мой кавказский пыл немного охлаждает настоятель церкви отец Сергий и вдохновляет меня на добрые дела.

Знаю, что у меня всегда есть поддержка моей семьи – супруги, в первую очередь, и сына. Моя супруга не только любимый человек, но и друг. Не скажу ничего нового: в трудную минуту, когда близкие поддерживают, это придает силы двигаться дальше. Даже если что-то не получается, что-то пошло не так, если рушится вокруг тебя мир, близкие остаются рядом, даже если не понимают тебя.

– Чего бы вы могли пожелать нашим читателям?

– Любите друг друга, не оскорбляйте друг друга, не проходите мимо чужой беды. Постарайтесь помочь. Думайте, прежде чем что-то сделать. Помните о любви к ближнему.

Ирина Данилова

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.